– Нет, коллеги, так дело не пойдет! С этого дня мы вводим новый порядок совещаний, отчетности и управления. Иначе наша компания на полной скорости угодит в пропасть. Такие ситуации, как на прошлой неделе, недопустимы! Это и моя, и ваша вина. С себя я ответственности не снимаю, и вам настоятельно рекомендую – нет, не рекомендую, а приказываю немедленно изменить отношение к своим служебным обязанностям! Вы – руководители, а не линейные исполнители!
В комнате совещаний повисла неловкая пауза. На директора никто не смотрел – это чревато внезапным вниманием и выбором в качестве мальчика для битья. Главный инженер внезапно заинтересовался своим блокнотом, спешно перелистывал страницы, будто искал что-то. Финансовый директор очень внимательно рассматривала свой маникюр – так внимательно, как никогда. Только ИТ-директор, работавший в своей должности менее полугода, никак не мог найти себе занятия, откровенно нервничал, ерзал на стуле, опустил голову и поглядывал исподлобья на своих коллег.
– Итак, запоминайте, а лучше запишите. Главный инженер. С этого дня каждое утро, в 8-15, я жду данных о результатах обхода предприятия, с перечнем обнаруженных несоответствий и мероприятиями по их устранению. Также, ежедневно смотрим график ППР с отметками об исполнении. Каждое утро, до совещания, в моей почте должен быть отчет по работе производства за предыдущий день, с указанием отставания от плана, причинами и виновниками. Раз в неделю, по понедельникам, обсуждаем проекты – по строительству новой линии производства, по установке пятикоординатного станка и замене трансформатора.
– Понял, все данные есть, предоставлю. Обход я делаю каждое утро, просто не предоставлял вам данные, думал не требуются, это же моя зона ответственности.
– Теперь требуются. Все, без дискуссий. Дальше, финансовый директор. Совещание ежедневно в 9-00. В первую очередь предоставляете мне данные о планово-фактических показателях бюджета, о денежных потоках, о прогнозах кассовых разрывов. Дальше, отчет по депозитам – размещенные, планируемые к размещению, доходность за день и с начала месяца. Также, информация о планируемых платежах на день, теперь я буду его утверждать сама. Суммы свыше 500 тысяч рублей – только с моим согласованием.
– Хорошо, поняла. Данные предоставлю, все есть в системе.
– Это прекрасно, что данные есть в системе, только вам они ничем не помогли в предотвращении инцидента. Это не только вас, а всех касается. У всех все есть, все всё делают, почему же тогда мы так провалились?
Финансовый директор притихла, равно как и остальные.
– Я знаю, почему, потому и принимаю меры. Отныне я буду сама, лично, контролировать ключевые процессы. Я несу ответственность перед собственником, и не могу допустить, чтобы ваш непрофессионализм и, прошу прощения, разгильдяйство, привели компанию к кризису. Прошу прощения за свой лексикон, но других слов тут просто не подобрать.
Директор отошла к окну, и как-то немного отрешенно в него посмотрела. Потом, видно, собрала волю в кулак и продолжила.
– ИТ-директор, теперь вы. Совещание назначаю на 9-30, каждый день. Данные…
– Татьяна Владимировна, у нас по средам в это время совещание с бухгалтерией. Может, мы изменим расписание на этот день?
– Измените – расписание совещаний с бухгалтерией. Еще раз повторяю – каждый день, в 9-30, я жду следующие данные. Во-первых, состояние всех проектов автоматизации, с диаграммами Ганта, отставанием, причинами, мероприятиями по устранению и виновными. Во-вторых, количество поданных и отработанных заявок. В-третьих, анализ рисков, с изменениями за день, мероприятия по нейтрализации рисков, план/факт их выполнения, причины отставания, мероприятия по устранению, виновных. Дальше, …
– Татьяна Владимировна, у нас еще не запущена работа по анализу рисков. Процедура еще не согласована службой качества, я вам говорил на прошлой неделе, когда мы…
– Сергей, меня не интересуют ваши сложности. В нашей компании такой подход не работает, нельзя кивать на коллег и говорить, что они вам чего-то не согласовали, не утвердили или не предоставили. Если процедура управления рисками еще не действует, то это очень серьезное упущение – ваше, Сергей.
– Так мы с вами на прошлой неделе обсуждали эту систему, Татьяна Владимировна, вы сказали, что время терпит, и есть более приоритетные задачи.
– Еще раз, Сергей, не надо ни на кого ссылаться, в том числе на меня. Вы как ребенок, прошу прощения. Слушаете, что вам говорят, соглашаетесь и уходите. Вы – руководитель, отвечающий за очень важный контур нашей компании, и вам непозволительно так себя вести. Всегда ищите вину в себе. Вы не добились, вы не спросили, вы не настояли, вы не напомнили, вы не разработали. Все, прекращаем базар. Вы записали, какие данные требуется предоставлять?
– Да, записал. Позвольте все-таки уточнить насчет процедуры, я же…
– Все, совещание окончено. Завтра жду всех с отчетами.
Руководители не спеша, но быстро покинули комнату совещаний, стараясь выглядеть максимально достойно. ИТ-директор, повесив голову и что-то бормоча под нос, спустился на первый этаж, в свой отдел, где сидели программисты и системные администраторы.
– Ну что там, Сергей Викторович? – поинтересовался один из программистов.
– Да копец… Теперь у меня каждый день будут совещания с директором, надо предоставлять данные о ходе проектов, по заявкам, чего-то еще… А, анализ рисков.
– Что за анализ рисков?
– Да какая разница, все равно его нет… Блин, что ж за такое-то. Полгода нормально работали, а тут как подменили… Где я этот анализ рисков возьму, высру что ли?
– Так может мы чем помочь можем?
– Да чем вы поможете… Нет, мне придется всю ночь, похоже, на работе просидеть. Автоматизировать анализ рисков мы не успеем за сутки, придется в экселе все данные сводить. Господи, а, что ж за день-то… Колян, ты давно тут работаешь, часто такое происходит?
– Что происходит-то? Ты толком не объяснил даже.
– Ну назначение ежедневных совещаний, кучу отчетов предоставлять, плотный контроль директора над всеми.
– Так всем влетело, или только вам?
– Всем, и главному инженеру, и финику. Щас остальные там сидят на совещании, наверное и они встрянут.
– Ну, Вася, который до вас был, тоже что-то такое рассказывал. Вроде бывало, что и на совещания каждый день ходил. Но не помню, чтобы он из-за этого парился. Походил немного, и отменили.
– Тут не отменят, явно видно, что достало ее все. Теперь будет гайки закручивать, и чем дальше, тем сильнее. Когда посмотрит на мои цифры, так вообще выгонит, наверное, или премии лишит.
– Да вы погодите переживать, давайте разберемся, может Васе позвоним?
– Не надо никому звонить. Все, ладно, покурю и за отчеты сяду.
Мрачный, как туча, Сергей дошел до своего кабинета, взял сигареты и зажигалку, и, почти не разбирая дороги, вышел из здания заводоуправления и поплелся в сторону курилки. Там уже стояли и дымили главный инженер с финансовым директором. Сергея поразило выражение их лиц – беззаботное, будто ничего и не произошло. Выглядели они так, будто обсуждают предстоящий отпуск, или новые автомобили, или рассказывают друг другу анекдоты.
– Чего нос повесил, Серега? – начал разговор главный инженер.
– Да как тут не повесить, всю ночь сидеть, делать эти отчеты. Вы-то как, сами будете делать? Или озадачили кого-то?
– Я уже сделала. – с озорной улыбкой ответила финансовый директор.
– Я тоже. – засмеялся в голос главный инженер.
– Как сделали? Минут пятнадцать же прошло… Надо же качественно подготовиться, Татьяна Владимировна будет пристально смотреть.
– Будет, конечно. – с наигранной важностью, набрав воздуха в грудь сказал главный инженер.
– Ну, а вы за пятнадцать минут, наверное, какие-то поделки на коленке сделали.
– Обижаешь. На, посмотри, только что распечатал на цветном. Кстати, барахлит он что-то, я твоим бойцам говорил на прошлой неделе.
Главный инженер открыл папку, вытащил пачку бумаг и передал их Сергею. Сказать, что Сергей был поражен – значит ничего не сказать. Красивые, цветные, приятно оформленные таблицы и графики, явно сформированные не системой, а созданные в специализированном приложении. Аккуратные шрифты, грамотное использование пространства листов, выноски на диаграммах – выше всяких похвал. Сергей обратил внимание на шапку листов – везде стояла одна и та же дата – завтрашний день.
– Это как? Ты сегодня оформил отчет по обходу территории за завтра? – недоумевая, спросил Сергей.
– Конечно, а ты как думал? – улыбнулся главный инженер.
– Ну я понимаю, сэкономил время. А вдруг завтра что-то произойдет на территории, ты этого в отчете не отразишь, а директор заметит или узнает?
– Что произойдет? – засмеялся главный инженер. – Метеорит упадет? Или кто-то кучу под дверью навалит? Ну ты прям как маленький.
– А ты вообще этот обход делаешь? Я просто ни разу не видел, как это происходит.
– Я тебя умоляю… Какой обход, я похож на охранника что ли? Какой-то дурак придумал, что главный инженер должен обход территории делать, а я буду тут колесить каждое утро?
– Так заметят же, что не делаешь, расскажут.
– Кто заметит? Я в 7-00 приезжаю, чтобы без пробок. Тут в это время никого нет, кроме охранников, которые сидят в своей каморке и смотрят «Доброе утро». Именно с 7-00 до 7-30, по легенде, и происходит тот самый обход территории.
– Ну ладно обход, а график планово-предупредительных ремонтов? С ним что? Тоже не проводите?
– Нет конечно, нафига. Она сама знает, что не проводим. Ремонтируем то, что сломалось. Я пытался этот ППР внедрить, это ж само собой разумеющееся, но мне отказали – нечего, говорят, линию останавливать в самый разгар. Подменного фонда-то у нас нет.
– А откуда график ППР тогда у тебя? Вот же он, с отметками о выполнении.
– Открываю файл, когда нужно, меняю дату, макрос пересчитывает даты в колонках фактического выполнения, распечатываю на цветном и несу.
– Погоди, если она сама против ППР, как ты ей объясняешь наличие этого графика?
– Ну ты как маленький. – главный инженер внезапно нахмурился, сделал серьезное лицо, и сыграл небольшую сцену. – Татьяна Владимировна, для меня очень важно, что вы уделяете столь пристальное внимание ППР. В разное время мы с вами, иногда, не сходились во мнении о необходимости его проведения. Я же, как профессионал, не мог допустить простоев оборудования по причине выхода его из строя по незначительным поводам. Поэтому я, помня о ваших требованиях к непрерывной работе цеха, без лишней шумихи организовал проведение ППР в нерабочее время и в перерывах, которые неизбежно возникают в начале каждого месяца, из-за рваного графика отгрузки.
– Шикарно, Лёш… — искренне удивилась финансовый директор. – Я пока так не научилась…
– И что, срабатывает? – недоверчиво спросил Сергей.
– Срабатывало, срабатывает, и будет срабатывать. – серьезно ответил главный инженер. – Главное, выдержать три с половиной дня, и можно выкидывать все свои файлы.
– Как? Почему три с половиной дня? – удивился Сергей.
– Так мы посчитали среднюю продолжительность управленческой истерики, я ж тут пять лет работаю.
– Чего? Управленческой истерики?
– Ну да. Как говорят у нас в деревне, вожжа под хвост попала. Обычно раз в квартал примерно случается, иногда реже. Ты первый раз столкнулся?
– Да, видимо. Я полгода работаю, и такое впервые вижу.
– Ну, аберрация. Видимо, потому что в середине весны пришел, а истерики обычно на зиму приходятся, лето-то – мертвый сезон, тишь да гладь. Продолжается от одного дня до семи. У нас даже файлик есть, в котором записан каждый случай. Ну и действия свои координируем, помогаем друг другу.
– Кто это – мы?
– Руководители, кто же еще. Тебя нет в нашем чатике в вацапе? Похоже, пора добавить. – засмеялся главный инженер. – Боевое крещение у тебя завтра. Наташа, давай его добавим, чего парень мучается?
– Давай, чего нет-то. Только, Сергей, тут все серьезно, если кому расскажешь – всем несдобровать. Маленькие секретики выживания в корпоративной среде. Договорились? – лицо финансового директора было предельно серьезным, хотя Сергея не покидало чувство, что его разыгрывают.
– Конечно, я все понимаю.
– Первый раз тебе придется попотеть, и, наверное, действительно проработать всю ночь. Если хочешь, я дам тебе свои файлы, как образец, там уже макросы прописаны. Только поменяй оформление, шрифты, и обязательно мне покажи перед докладом. Я не хочу встрять из-за похожести файлов.
– Хорошо-хорошо, конечно. Я попрошу Валентину, программиста, помочь, она раньше работала верстальщицей, разбирается в оформлении…
– Стоп, никаких Валентин. Только лично ты, сам, в своем кабинете, на своем компьютере. Файлы можно хранить в нашем облаке – мы специально его создали для таких целей. В вацапе тебе скинут ссылку, постучишься, дадим доступ. Идет?
– Да, я понял, спасибо вам большое. Прям полегчало. А что отвечать надо на совещании?
– Главное, самое главное, и единственно главное – не давай никаких «длинных» обещаний. Вся ситуация, все данные и все поручения живут только во время совещания. Если скажешь что-то вроде «я предоставлю данные через неделю», то наши 3.5 дня автоматически превратятся в 10. Понял?
– Вроде понял…
– Помни, это круговая ответственность… Или порука, как бы негативно не звучала эта фраза. Один провалится, начнет мудиться – всем плохо будет. Максимально коротко, как удары в боксе. Пришел, поговорил, башкой покивал, ушел, забыл. Всё.
– Блин, как все сложно…
– Ничего сложного, главное – не тупить. Если до чего-то докапывается – обещай разобраться, максимум до завтра. Еще лучше – говори, что к вечеру предоставишь информацию в почте. Вечером почитает, до утра забудет. Ну и не забывай про 3.5 дня. Считай, что это военные сборы – необходимое, хоть и бессмысленное мероприятие. Надо просто потерпеть. Помаршировать, поспать в неудобной двухъярусной кровати, поесть перловку на завтрак и ужин, попеть гимн, побегать марш-бросок по пересеченной местности. Главное, что греет в такие минуты – знание о том, что все это скоро закончится.
– Я… Я даже не знаю, что сказать. Вы все мои представления о мире перевернули…
– Ты это, давай без истерик и глубокомысленных сентенций. Мы не враги, не вредители, не разгильдяи и не саботажники. Это жизнь, и в ней бывают вот такие ситуации. Надо из них красиво выходить. А через 3.5 дня она сама забудет о своей истерике, станет мягкой и податливой, как всегда. И начнется обычная, рутинная работа – и для нас, и для нее.
– Хорошо, я все понял. Спасибо, ребята.
– И вам не хворать. В группу добавим, файлы дадим. Все, расходимся по-одному…
Вступайте в нашу телеграмм-группу Инфостарт